May 15th, 2016

дары, бусы, плоды, Август

Стихи о войне К. Симонова

Вот уже тридцать пять лет нет Константина Симонова, а стихи его живут. Вместе с нами и «седой мальчишка на лафете», и «сын артиллериста», и безымянный солдат, заклинавший: «Жди меня, и я вернусь…», и другие герои стихов. Значит, жив поэт!


Согласно завещанию, прах поэта развеяли под Могилевом над Буйническим полем – там, где в июле 1941 года военкор Симонов впервые увидел воочию, как наши бойцы сожгли 49 немецких танков и бронетранспортеров, и где теперь высится валун со строго высеченной надписью «К.С.»



Всю жизнь любил он рисовать войну.

Беззвездной ночью наскочив на мину,

Он вместе с кораблем пошел ко дну,

Не дописав последнюю картину.

Эти пророческие строки К.Симонов написал еще в 1939 году. Поэт действительно «всю жизнь любил рисовать войну», военная тема стала ведущей в его творчестве

Лирические стихотворения, пьесы «Так и будет» и «Русские люди», трилогия «Живые и мёртвые» – вот далеко не полный список произведений Симонова о войне

Константин Михайлович Симонов ушел из жизни, «не дописав последнюю картину», в разгаре вдохновенной работы над художественной историей войны. Это случилось в 1979 году.

Удивительная особенность симоновской поэзии в том, что самым всеобщим, всенародным стало самое личное, частное, интимное его стихотворение, адресованное любимой женщине – киноактрисе Валентине Серовой, – «Жди меня, и я вернусь…» (слайд №7).

Это лирическое послание было положено на музыку композитором Матвеем Блантером. Послушаем его в исполнении Марка Бернеса.

Песня «Жди меня, и я вернусь…» на стихи К.Симонова и музыку М.Блантера звучит в грамзапись

«Жди меня…» стало и песней, и листовкой, и частью духовной жизни бойца. В этом стихотворении с необыкновенной щедростью раскрывается мужественное сердце солдата, здесь «весь настежь распахнут поэт». Строки стихотворения «Жди меня…» переписывали, посылали в тыл вместо писем, заучивали наизусть, пели. Поэтесса Римма Казакова вспоминала:

Когда в 1944-м году приехал на побывку мой родной отец, у него, человека не сентиментального, довольно безразлично относящегося к поэзии, кадрового военного, в кармане гимнастёрки на желтом, стертом на сгибах листке были торопливо переписанные замечательные стихи Константина Симонова (слайд №8).

Сам Константин Михайлович Симонов признавался: «Из стихов наибольшую пользу, по-моему, принесли «Жди меня». Они, наверное, не могли не быть написаны. Если б не написал я, написал бы кто-нибудь другой». Однако мне кажется, что никто другой этих стихов написать бы не смог. «Жди меня…» суждено было создать именно ему, Константину Симонову, поэтом и солдатом прошагавшему дорогами Великой Отечественной.

Участники литературной гостиной делятся своими мыслями о стихотворении «Жди меня…» (см. Приложение № 2. «О стихотворении «Жди меня…»).

Что вы открыли для себя в военной лирике Константина Симонова? Почему дороги вам стихи Симонова?

Участники литературной гостиной высказывают своё мнение, делятся наблюдениями, чувствами, переживаниями.

Рожденные в окопах и землянках, прошедшие фронтовыми дорогами и опаленные огнём сражений, поэтические строки Константина Симонова могут составить своеобразную летопись Великой Отечественной. Мелодичные и лирические, они покоряют сердца, учат стойкости, мужеству и верности. Военная лирика Симонова – живое свидетельство огненных лет, народного подвига, память о котором навсегда сохранится в наших сердцах.

https://infourok.ru/literaturnaya_gostinaya_vsyu_zhizn_lyubil_on_risovat_voynu..._voennaya_lirika_konstantina-527495.htm

дары, бусы, плоды, Август

История создания стихов о войне К. Симонова

В Архангельске Симонов, переполненный впечатлениями от встреч с военными моряками на полуостровах Рыбачьем и Среднем, пишет балладу «Сын артиллериста» (слайд №5). Всем известны строки:

Был у майора Деева

Товарищ – майор Петров,

Дружили еще с гражданской,

Еще с двадцатых годов.

Вместе рубали белых

Шашками на скаку,

Вместе потом служили

В артиллерийском полку.

Интересна история создания этого стихотворения. В последний день пребывания Симонова на полуострове Рыбачий майор Ефим Рыклис, командир 104-го армейского артиллерийского полка, рассказал историю о том, как в июле 1941 года он был вынужден послать на корректировку артиллерийского огня на одну из высот на полуострове Средний лейтенанта Ивана Лоскутова – сына своего старого армейского друга.

31 июля 1941 года вместе с двумя радистами лейтенант И. А. Лоскутов взобрался на высоту и оттуда в течение шести(!) суток по рации корректировал огонь артиллерии. По данным, передаваемым Лоскутовым, огнем была уничтожена минометная батарея, большая группа пехоты, несколько пулеметных точек. Однако вражеские войска определили местонахождение корректировочной группы и атаковали высоту, окружив ее со всех сторон.

И тогда бойцы решили вызвать на себя огонь нашей артиллерии. Когда они передали такую команду, командир полка посчитал, что это ошибка, и переспросил, и только после вторичной команды на высоту обрушился шквал нашего артогня. Наступавшие немцы частично были уничтожены, а остальные обратились в бегство. В период обстрела Лоскутов с товарищами остались живы, но радиостанция была разбита.

Пораженный этой невероятной героической историей, К. М. Симонов и написал «Сына артиллериста», прототипом лейтенанта Петрова в которой послужил лейтенант Иван  Лоскутов, прототипом майора Деева – майор Ефим Рыклис; более того, в поэме указано место действия, соответствующее реальным событиям, – полуостров Средний. И отец Ивана Лоскутова действительно воевал на южном участке фронта, но не погиб, а получил тяжёлое ранение.

Сам же лейтенант Лоскутов, герой баллады, еще долго воевал в 104-м артиллерийском полку, а закончил войну на Тихом океане

Впервые баллада «Сын артиллериста» была напечатана в архангельской окружной газете «Патриот Родины» 3 ноября 1941 года и вскоре после публикации исполнена со сцены Архангельского драматического театра артистом Сергеем Николаевичем Плотниковым (слайд №6).

Из воспоминаний С.Н.Плотникова: «В скупых мужественных строках открылись такие вершины морального духа! В обыкновенном Леньке, майоровом сыне, увиделись миллионы таких же мальчишек, которые проливали кровь на фронте, сутками стояли у станков в тылу. Никогда – ни до, ни после – не работал я с таким воодушевлением, как над этим произведением ».

Какие строки поэмы «Сын артиллериста» запомнились вам? Что больше всего поразило вас в образе юного героя?

Меня, например, необыкновенно трогает эпизод встречи Леньки с майором Деевым после возвращения с задания:

Когда размотали повязку,

Что наспех он завязал,

Майор поглядел на Леньку

И вдруг его не узнал:

Был он как будто прежний,

Спокойный и молодой,

Всё те же глаза мальчишки,

Но только… совсем седой.

Какое нечеловеческое напряжение испытал герой, вызывая огонь на себя! Чего ему это стоило! Как не вяжутся седые волосы с юным мальчишеским лицом! Мне сразу вспоминается другое симоновское стихотворение – «Майор привез мальчишку на лафете…». Помните, как там «седой мальчишка на лафете спал»?

Участники литературной гостиной вспоминают запомнившиеся им фрагменты баллады К.Симонова, обмениваются мнениями.

дары, бусы, плоды, Август

Константин Симонов

Константин Симонов родился в годы Первой мировой войны. Его взросление и мужание пришлось на короткий — всего двадцать лет — промежуток между двумя войнами.
    До начала Великой Отечественной войны он успел закончить училище и стать токарем по металлу, работал токарем на авиационном заводе, затем на киностудии «Мосфильм». Работу он совмещал с учебой в Литературном институте им. М. Горького, где готовили и до сих пор готовят профессиональных литераторов.
    Когда в 1939 году началась война с Японией, Симонова отправили военным корреспондентом на Халхин-Гол, где велись боевые действия.
    Уже на третий день после начала Великой Отечественной войны Симонов выехал из Москвы для работы в газете «Боевое знамя» 3-й армии в район Гродно. Через месяц он стал военным корреспондентом газеты «Красная звезда», самой главной газеты военного времени, и оставался им до конца войны. За время войны он был почти на всех фронтах — от севера до юга.
    Однажды ему пришлось выбираться из осажденной Одессы на подводной лодке. Экипаж из десяти человек знал, что им предстоит «или выжить вместе, или погибнуть вместе». Симонов читал подводникам стихи, выпустил стенгазету, и комиссар лодки сказал о нем: «Вот это настоящий писатель!»
    Поэт Николай Тихонов писал о Симонове:
    «Он сам идет в разведку, участвует в атаке, он на наблюдательном пункте, он на волжской переправе, под обстрелом, и всюду он искренен и прост. Никакого самолюбования, ни тени фальши, никаких трескучих, громких фраз...
    Есть у Симонова стихи, которые солдаты и офицеры носят у себя на груди, — это факт, а не преувеличение, — носят потому, что строки эти отвечают тому, что у них на сердце»
    Одним из таких стихотворений Константина Симонова было «Ты помнишь, Алеша, дороги Смоленщины...». Это стихотворение о трудных днях отступления было обращено к сердцу каждого русского человеке  :  http://litera865.blogspot.ru/2012/09/blog-post_3272.html
дары, бусы, плоды, Август

(no subject)

Ты помнишь, Алеша, дороги Смоленщины…» Константин Симонов

Ты помнишь, Алеша, дороги Смоленщины,
Как шли бесконечные, злые дожди,
Как кринки несли нам усталые женщины,
Прижав, как детей, от дождя их к груди,

Как слезы они вытирали украдкою,
Как вслед нам шептали:- Господь вас спаси!-
И снова себя называли солдатками,
Как встарь повелось на великой Руси.

Слезами измеренный чаще, чем верстами,
Шел тракт, на пригорках скрываясь из глаз:
Деревни, деревни, деревни с погостами,
Как будто на них вся Россия сошлась,

Как будто за каждою русской околицей,
Крестом своих рук ограждая живых,
Всем миром сойдясь, наши прадеды молятся
За в бога не верящих внуков своих.

Ты знаешь, наверное, все-таки Родина —
Не дом городской, где я празднично жил,
А эти проселки, что дедами пройдены,
С простыми крестами их русских могил.

Не знаю, как ты, а меня с деревенскою
Дорожной тоской от села до села,
Со вдовьей слезою и с песнею женскою
Впервые война на проселках свела.

Ты помнишь, Алеша: изба под Борисовом,
По мертвому плачущий девичий крик,
Седая старуха в салопчике плисовом,
Весь в белом, как на смерть одетый, старик.

Ну что им сказать, чем утешить могли мы их?
Но, горе поняв своим бабьим чутьем,
Ты помнишь, старуха сказала:- Родимые,
Покуда идите, мы вас подождем.

«Мы вас подождем!»- говорили нам пажити.
«Мы вас подождем!»- говорили леса.
Ты знаешь, Алеша, ночами мне кажется,
Что следом за мной их идут голоса.

По русским обычаям, только пожарища
На русской земле раскидав позади,
На наших глазах умирали товарищи,
По-русски рубаху рванув на груди.

Нас пули с тобою пока еще милуют.
Но, трижды поверив, что жизнь уже вся,
Я все-таки горд был за самую милую,
За горькую землю, где я родился,

За то, что на ней умереть мне завещано,
Что русская мать нас на свет родила,
Что, в бой провожая нас, русская женщина
 По - русски  три  раза  меня  обняла .

http://pishi-stihi.ru/ty-pomnish-alesha-dorogi-smolenshhiny-simonov.html

дары, бусы, плоды, Август

СТИХИ К. СИМОНОВА

Ты помнишь, Алеша, дороги Смоленщины…» Константин Симонов

Ты помнишь, Алеша, дороги Смоленщины,
Как шли бесконечные, злые дожди,
Как кринки несли нам усталые женщины,
Прижав, как детей, от дождя их к груди,

Как слезы они вытирали украдкою,
Как вслед нам шептали:- Господь вас спаси!-
И снова себя называли солдатками,
Как встарь повелось на великой Руси.

Слезами измеренный чаще, чем верстами,
Шел тракт, на пригорках скрываясь из глаз:
Деревни, деревни, деревни с погостами,
Как будто на них вся Россия сошлась,

Как будто за каждою русской околицей,
Крестом своих рук ограждая живых,
Всем миром сойдясь, наши прадеды молятся
За в бога не верящих внуков своих.

Ты знаешь, наверное, все-таки Родина —
Не дом городской, где я празднично жил,
А эти проселки, что дедами пройдены,
С простыми крестами их русских могил.

Не знаю, как ты, а меня с деревенскою
Дорожной тоской от села до села,
Со вдовьей слезою и с песнею женскою
Впервые война на проселках свела.

Ты помнишь, Алеша: изба под Борисовом,
По мертвому плачущий девичий крик,
Седая старуха в салопчике плисовом,
Весь в белом, как на смерть одетый, старик.

Ну что им сказать, чем утешить могли мы их?
Но, горе поняв своим бабьим чутьем,
Ты помнишь, старуха сказала:- Родимые,
Покуда идите, мы вас подождем.

«Мы вас подождем!»- говорили нам пажити.
«Мы вас подождем!»- говорили леса.
Ты знаешь, Алеша, ночами мне кажется,
Что следом за мной их идут голоса.

По русским обычаям, только пожарища
На русской земле раскидав позади,
На наших глазах умирали товарищи,
По-русски рубаху рванув на груди.

Нас пули с тобою пока еще милуют.
Но, трижды поверив, что жизнь уже вся,
Я все-таки горд был за самую милую,
За горькую землю, где я родился,

За то, что на ней умереть мне завещано,
Что русская мать нас на свет родила,
Что, в бой провожая нас, русская женщина
 По - русски  три  раза  меня  обняла .

http://www.stihi-rus.ru/1/simonov/