April 26th, 2017

Соольвейг А. Блок

«Сольвейг» Александр Блок

Сергею Городецкому
Сольвейг прибегает на лыжах.
Ибсен. «Пер Гюнт»

Сольвейг! Ты прибежала на лыжах ко мне,
Улыбнулась пришедшей весне!

Жил я в бедной и темной избушке моей
Много дней, меж камней, без огней.

Но веселый, зеленый твой глаз мне блеснул —
Я топор широко размахнул!

Я смеюсь и крушу вековую сосну,
Я встречаю невесту — весну!

Пусть над новой избой
Будет свод голубой —
Полно соснам скрывать синеву!

Это небо — твое!
Это небо — мое!
Пусть недаром я гордым слыву!

Жил в лесу, как во сне,
Пел молитвы сосне,
Надо мной распростершей красу.

Ты пришла — и светло,
Зимний сон разнесло,
И весна загудела в лесу!

Слышишь звонкий топор? Видишь радостный взор,
На тебя устремленный в упор?

Слышишь песню мою? Я крушу и пою
Про весеннюю Сольвейг мою!

Под моим топором, распевая хвалы,
Раскачнулись в лазури стволы!

Голос твой — он звончей песен старой сосны!
Сольвейг! Песня зеленой весны!

Анализ стихотворения Блока «Сольвейг»

В жизни Александра Блока был довольно непродолжительный период, когда он увлекся творчеством зарубежных драматургов и даже сам пытался писать пьесы, которые, впрочем, не имели особого успеха. Любимым автор поэта стал Генрик Ибсен, которого Блок буквально боготворил. Стихотворение «Сольвейг», написанное в 1906 году, было навеяно творчеством этого драматурга и стало одним из немногих произведений Блока абстрактной тематики. Впрочем, именно в этот период поэта оставила законная супруга. Он очень болезненно переживал этот разрыв, и это отчаяние, смешанное с чувством одиночество, сквозит в каждой строчке стихотворения «Сольвейг».

В переводе с норвежского это женское имя означает «солнечный путь». Именно в такой девушке нуждается поэт, ожидая, что она ворвется в его мрачную жизнь, привнеся с собой свет, радость и тепло. Обращаясь к своей вымышленной собеседнице, поэт отмечает: «Ты прибежала на лыжах ко мне, улыбнулась пришедшей весне!».

Описывая свое лесное жилище, Блок не жалеет черных красок, указывая, что в его избушке темно уже много дней. На самом деле темно и тяжело на душе у поэта, который не только утратил близкого человека, но и потерял веру в любовь. Тем не менее, автор все же надеется, что в его жизни появится та, которая сможет разделить с ним все радости и беды. Именно ее он готов встречать возле своей покосившейся избушки, чтобы произнести заветную фразу: «Это небо – твое! Это небо – мое!».

Конечно, за период короткой семейной жизни с Любовью Менделеевой Блок успел сменить нескольких любовниц. Однако истинный чувства он испытывал лишь к своей супруге. Поэтому нетрудно догадаться, что в образе загадочной Сольвейг поэт видит именно ту, которая до сих пор живет в его сердце. Именно о ее возвращении мечтает Блок, который готов простить измену и принять неверную жену, словно дорогую гостью. «Ты пришла – и светло, зимний сон разнесло», — отмечает поэт, втайне надеясь, что когда-нибудь его мечты действительно осуществятся. Ведь однажды он уже сумел вымолить свою избранницу у небес. Так почему же это не может произойти вновь?

«Голос твой – он звонче песен старой сосны», — обращается Блок к Сольвейг, втайне мечтая о том, что таким образом сможет достучаться до сердца Любови Менделеевой. И действительно, она вернется к поэту, но лишь затем, чтобы уйти вновь.

Считается, что разбитую чашку склеить невозможно. И Блок, перекладывая эту аксиому на свои взаимоотношения с супругой, прекрасно понимает, что о семейном счастье ему остается лишь мечтать. Но он готов мужественно нести свой крест ради возможности хоть изредка видеться с той, которую будет любить до самой смерти

http://pishi-stihi.ru/solvejg-blok.html

В фантазии рождаются порою ...

«В фантазии рождаются порою…» Александр Блок

В фантазии рождаются порою
Немые сны.
Они горят меж солнцем и Тобою
В лучах весны.

О, если б мне владеть их голосами!
Они б могли
И наяву восстать перед сынами
Моей земли!

Но звук один — они свое значенье
Утратят вмиг.
И зазвучит в земном воображенья
Земной язык.

Анализ стихотворения Блока «В фантазии рождаются порою…»

Сборник «Ante Lucem» включает в себя около восьми десятков стихотворений, созданных Блоком в период с 1898 по 1900 год. По этим произведениям видно, что поэтические взгляды юного Александра Александровича еще не до конца сформировались. В некоторых текстах нашла отражение увлеченность лирикой Фета и Жуковского. Кроме того, в ранних опытах Блока видно влияние творчества Лермонтова, Пушкина, Апухтина, Майкова и Полонского. Эту своеобразную старомодность сам Александр Александрович объяснял особенностями воспитания. В автобиографии он рассказывал, что достаточно поздно познакомился с так называемой «новой поэзией» — только в университете. Несколько стихотворений, вошедших в состав «Ante Lucem», посвящены первому серьезному любовному увлечению Блока – Ксении Михайловне Садовской. С женщиной, которая была значительно старше его, поэт познакомился в ходе отдыха на немецком курорте Бад-Наугейм в 1897 году. Также в сборнике есть произведения, связанные с отношениями с Любовью Дмитриевной Менделеевой.

1900 год стал переходным для поэта. Старое заканчивалось, а новое не торопилось занимать его место. Юношу одолевали неясные ожидания и предчувствия, смутная тревога. В немалой степени этим состоянием продиктовано название сборника – «Ante Lucem», то есть «до света» в переводе с латинского языка. Концом апреля 1900 года датируется входящее в книгу стихотворение «В фантазии рождаются порою…». В первой строфе мельком упоминается предшественница Прекрасной Дамы – неназванная женщина, обращение к которой Блок зачастую пишет с большой буквы. Ключевая тема текста, характерная для значительной части творчества Александра Александровича, — противопоставление земного и божественного. Лирический герой рассказывает о загадочных немых снах, порожденных фантазией. Их хочется выразить, облечь в словесную форму, но это не представляется возможным. Один неосторожный звук – они сразу исчезают. Немые сны – явления из иного, божественного мира. Им, как плодам фантазии, Блок противопоставляет земной язык, звучащий в земном воображении. Сон лирического героя в поэзии Александра Александровича нередко тесно переплетен с явью. Персонажу непонятно, что реальнее. Он признает существование другого мира. Понимает – с ним можно соприкоснуться во сне. Тем тяжелее для него становится выход в реальность с ее не слишком счастливым настоящим и безрадостным будущим.

http://pishi-stihi.ru/v-fantazii-rozhdayutsya-poroyu-blok.html

Вера Полозкова - Стихи современных авторов

Я ТАК ХИЩНО, ТАК САМОЗВАНСКИ

Я — так хищно, так самозвански…
Боги сеют дожди как просо
В зонт, похожий на знак вопроса,
Оброненного по-испански:

Que? — И в школьницыны тетради —
Мысли, сбитые, как прицелы…
— Влюблена в него? — Нет. Но целый
Космос спит у него во взгляде.

Я — молящая у Морфея
Горсть забвения — до рассвета…
— Он не любит тебя. — И это
Только к лучшему, моя фея.

Души холодом зашивая,
Город бледен и мутно-бежев. —
Счастье. — Слушай, но ведь тебе же
Больно! — Этим и выживаю.

Стихи Веры Полозковой разных лет

Стихи Веры Полозковой разных лет


Когда-нибудь я отыщу ответ.
Когда-нибудь мне станет цель ясна.
Какая-нибудь сотая весна
Откроет мне потусторонний свет,

И я постигну смысл бытия,
Сумев земную бренность превозмочь.
Пока же плечи мне укутывает ночь,
Томительные шепоты струя,

И обвевая пряным ветром сны,
И отвлекая от серьезных книг...
И цели совершенно не ясны.
И свет потусторонний не возник.

А хочется, напротив, хмеля слов
И поцелуев, жгущих все мосты,
Бессовестного счастья, новых строф -
Нежданной, изумрудной красоты;

Бессонницы, переплетений - да! -
Сердцебиений, слившихся в одно...
А что до бренности, так это всё тогда
Мне будет совершенно все равно.

Обрушится с уставших плеч скала:
Меня отпустит прошлых жизней плен.
Мне перестанут сниться зеркала,
И призраки, и лабиринты стен...

И, может, не придется ждать сто лет.
Я знаю - зряч лишь тот, кто пил сей хмель...
Вот в нем-то и отыщется ответ,
И в нем таится истинная цель.

* * *
http://modernlib.ru/books/polozkova_vera/stihi_veri_polozkovoy_raznih_let/read

Стихи Веры Полозковой для детей




Стихи Веры Полозковой для детей
Февраль 12, 2016
Когда Вера Полозкова написала и выложила на своей странице в Facebook первое детское стихотворение, моё сердце сделало сальто. Я зачитывалась её текстами всё студенчество, у меня есть блокнот с любимыми из них и автограф Веры с одной из киевских встреч :) Ну и книги, а то.

Теперь любимый поэт пишет и такие стихотворения, которые я точно буду читать Полине. Про оживающие по ночам игрушки - мое любимое, я выучила его самым первым. А какое больше всего нравится вам?

Фото 1, фото 2
* * *
- мама, правда, что игрушки
оживают по ночам?
кофе пьют, едят ватрушки?
- нет, никто не замечал.

- говорят, играют в прятки
и танцуют до утра?
- ох, родная, это вряд ли.
уже поздно. спать пора.

но как только свет потухнет,
я опять смотреть пойду,
как мои друзья на кухне
затевают чехарду.

мыши сделали из булки
с небольшим окошком дом
и под музыку в шкатулке
вальс танцуют вчетвером.

плюшевые леопарды
ссорятся из-за мяча.
ёж с котом играют в нарды,
громко фишками стуча.
кукла режет из салфетки
белоснежную фату.
заяц взял мои конфетки
и катает их во рту.

утка расставляет свечки,
зажигает фитили,
чтобы лего-человечки
к ней поужинать зашли.

и из дольки мандарина
сделав новую луну,
осьминог и балерина
ставят оперу одну.

слон рассказывает сказку
о подводном короле:
как явился он, прекрасный,
грустной деве на земле,

как выходит он на берег
и искрится, как роса.
жаль, что взрослые не верят
ни в какие чудеса.

* * *


*
- мама, правда, что игрушки
парамонов берендей
не любил худых детей.
и насчет проблемы этой
у него был ряд идей.

он ловил их, вереща,
и с женою сообща
заливал в них две кастрюли
манной каши и борща.

- ежели ребенок тощ -
где ж энергия и мощь?
будет весь ходить зелёный,
как крапива или хвощ!

ну, теперь он укрощён.
дом его увит плющом.
он давно детей не кормит
манной кашей и борщом.

но студенты городка
(все худые, как доска)
как ни странно, навещают
берендея-старика.

ему очень много лет,
он обернут в пестрый плед,
а они ему приносят
вермишели и котлет.





* * *
папа заявил мне прямо:
- через час приедет
мама.
привезет тебе
дракона,
чтобы всех пугать
с балкона.

приберись, -
добавил строго, -
я пока
посплю немного.

я ответственный ребенок.
я на кухне в пять картонок
разложил карандаши -
вместо соды
и лапши.

постирал носочек
в кружке,
вымыл супом
все игрушки,

подогреть я пряник смог,
чтобы сладкий шел
дымок,
заварил в кастрюле
чаю, -
маму милую встречаю, -
щедро, пачку целиком.
полковра побрил станком.

вычистил зубною пастой
старый пылесос опасный.
феном пыль обдул
с картин.
(тихо - я тут
не один).

книжки все сложил я горкой.
вылил уксус (он прогорклый)
аккуратненько в окно.
стало классно.
как в кино!


думал я - какая жалость,
мама очень задержалась.
все остыло - пряник, чай.
мама, где ты?
приезжай.
* * *

мы с мамой
стояли и молча смотрели
как снег опоздал
и западал в апреле.
и папа сердился:
- ну это уж слишком!
а снег
был подобен
проспавшим мальчишкам,
ворвавшимся в класс
в середине урока,
и вот их журят
возмущенно
и строго,
а им хитрецам
будто все нипочем.
глядят на ботинки,
поводят плечом.
а снег все летел
в темпе венского вальса,
я снегу тихонько сказал:
- оставайся!
а маме-зиме,
её слугам и стражам,
мы так уж и быть
ничего
не расскажем.


* * *

Books Love: 10 уютных книг для осени

Books Love: 10 уютных книг для осени



10 книг для чтения осенью — очередная запись в моей неявной рубрике purpur love. Долгое время я не бралась за составление подборок, думая, что они давно никому не интересны. Но ваш отклик на подборки моих любимых сериалов и блогов придал мне уверенности, и я с радостью взялась за воплощение старых идей. На пороге ноября я расскажу о том, какие книги из моей библиотеки терпеливо дожидаются осени, чтобы развеселить, согреть теплом чужих историй и помочь пережить самый нелюбимый месяц в году.




http://purpurblog.com/blog/10-luchshih-knig-dlja-oseni

Художник Александр Блок

«Художник» Александр Блок

В жаркое лето и в зиму метельную,
В дни ваших свадеб, торжеств, похорон,
Жду, чтоб спугнул мою скуку смертельную
Легкий, доселе не слышанный звон.

Вот он — возник. И с холодным вниманием
Жду, чтоб понять, закрепить и убить.
И перед зорким моим ожиданием
Тянет он еле приметную нить.

С моря ли вихрь? Или сирины райские
В листьях поют? Или время стоит?
Или осыпали яблони майские
Снежный свой цвет? Или ангел летит?

Длятся часы, мировое несущие.
Ширятся звуки, движенье и свет.
Прошлое страстно глядится в грядущее.
Нет настоящего. Жалкого — нет.

И, наконец, у предела зачатия
Новой души, неизведанных сил,-
Душу сражает, как громом, проклятие:
Творческий разум осилил — убил.

И замыкаю я в клетку холодную
Легкую, добрую птицу свободную,
Птицу, хотевшую смерть унести,
Птицу, летевшую душу спасти.

Вот моя клетка — стальная, тяжелая,
Как золотая, в вечернем огне.
Вот моя птица, когда-то веселая,
Обруч качает, поет на окне.

Крылья подрезаны, песни заучены.
Любите вы под окном постоять?
Песни вам нравятся. Я же, измученный,
Нового жду — и скучаю опять.


Анализ стихотворения Блока «Художник»

Творческий процесс и его этапы — предмет внимания лирического героя произведения, датированного концом 1913 г. Образ художника, душа которого объята «скукой смертельной», противопоставлен суетливым обывателям, поглощенным повседневной рутиной.

Лишь вдохновение способно вывести лирического субъекта из состояния «русской хандры», подробно описанной Пушкиным. Предзнаменованием, обещающим избавление, становится едва уловимый новый звук — «звон», возникающий в жизненном потоке. Поведение художника напоминает движения опытного охотника: в обоих занятиях для достижения цели необходимы «холодное внимание» и «зоркое ожидание».

Третий катрен состоит из череды риторических вопросов, намечающих реальные и фантастические картины бесконечного пространства для творчества. Они возникают в мыслях преследователя, выжидающего свою добычу: герой пытается предугадать тематику будущего «детища». Характерно, что и первоначальный импульс, и предмет творчества трактуются как пришедшие извне, не имеющие отношения к личности героя.

Кульминационный момент обозначен в четвертом катрене, где сообщается о сакральном действе рождения художественного творения. Лирический субъект, способный преодолеть границы «жалкого» настоящего, приближается к вечным категориям, приобретает способность узреть будущее и различить прошлое, необходимое для понимания грядущего.

Исключительная способность, возвышающая художника над обыденностью, имеет обратную темную сторону. Герой остро переживает «проклятие» собственного дара. Оно кроется в отождествлении объектов, послуживших для изображения художественными средствами, с самим произведением. Мотив творчества как убийства, отражающий трагическую неудовлетворенность автора плодами собственного вдохновения, встречается и в других текстах. Поэт рекомендует себя как сочинителя, который стремится назвать «все по имени» и тем самым отнять «аромат у живого цветка».

Завершающая часть стихотворения проникнута горькой иронией. Центральный образ эпизода — «легкая птица», символизирующая несовершенный результат творческого процесса. Лирического субъекта мучит противоречие между необычайными способностями птицы и ограниченной, убогой долей домашнего питомца, которая ей суждена.

Финал стихотворения преподносит новую антитезу: заученные птичьи трели нравятся обывателям, но не могут успокоить душу художника. Последний опять погружается в состояние скуки и ожидания. Кольцевая композиция подчеркивает безысходность «страшных ласк» блоковской музы.

http://mariel-98.livejournal.com/