Category: семья

Category was added automatically. Read all entries about "семья".

ромашки, девушка, солнце

Не та невеста .

Щёки  девушки  вспыхнули  ярким румянцем .  В глазах  читалось
недоумение . Но  предложение  барона  прозвучало  отчётливо ,
и  она  согласилась . Прошло  несколько  минут , прежде , чем  стало
очевидным ;  выйти  замуж  пообещала не  та  невеста .




портрет Эдит Вильерс, однако она и Элизабет были близнецами, так что сходство очевидно

Эдит и Элизабет родились в один день – 15 сентября 1841 года. Сёстры-близнецы были неотличимы
друг от друга, как две капли воды, и даже члены семьи нередко путали их. Различались характеры:
спокойная и задумчивая Элизабет чаще проводила время за книгами и занятиями музыкой, а вот Эдит
была побойчее, настойчивее, ловкой всадницей и хохотушкой. Её заразительный звенящий смех
раздавался по всему огромному дому древнего рода Вильерс. Эти девушки происходили из семьи
настоящих аристократов (одним из Вильерсов был и знаменитый герцог Бэкингем).

Их дядя назывался графом Кларендоном, но самим близняшкам мог достаться только титул учтивости:
перед тем как огласить их имя следовало добавить "достопочтимая". Подняться на ступеньку вверх
было возможно исключительно путём замужества. Но об этом юные создания не особенно задумывались. Эдит позировала художнику-прерафаэлиту Джону Фредерику Уоттсу, а Элизабет увлечённо читала
новые  романы.

Далее см. по ссылке :

https://zen.yandex.ru/media/id/5db95c79ddfef600b2128bb2/ne-ta-nevesta-60f1cb1b6169c246f9a97d41






прерафаэлиты, кадр из сериала "Отчаянные романтики"прерафаэлиты, кадр из сериала "Отчаянные романтики"За хорошенькими золотоволосыми аристократками обещали дать немалое приданое. Это делало их ещё более привлекательными на рынке английских невест, но барон Генри Брум Локх не гнался за деньгами. Ему просто понравилась одна из девушек – весёлая ЭдитДалее см. по ссылке :  https://zen.yandex.ru/media/id/5db95c79ddfef600b2128bb2/ne-ta-nevesta-60f1cb1b6169c246f9a97d41
листва, букет, весна

Советская княжна . . .


Советский кинорежиссер Николай Досталь умел выбирать жен. В первый брак он вступил с персиянкой, происходящей из семьи основателей религии Бахаи. От этой любви и родились известные его сыновья, также деятели киноискусства. Но Сарафи умерла рано. В 1946-м.

Н.Досталь
Н.Досталь

Ещё молодой Досталь женился вновь. Теперь на Наталье Андросовой. А в ней-то что особенного?

Обычная советская женщина вроде бы. Родилась далеко на юге, в Ташкенте. Потом семья перебралась в Москву. Вроде бы и зацепиться не за что. Да, очень красивая, волевая. А главное, какая смелая. В войну водителем работала, да не в тылу, а там, на передовой.

В мирное время тоже не могла жить спокойно. У Андросовой не было высшего образования, она нашла себе занятие.
В парке стояла деревянная большая "бочка" без верха. Наталья выезжала на мотоцикле в центр. Зрители замирали. Начинала разгон по кругу, все быстрее, быстрее, и вот мотоцикл уже начинает кружить вокруг по стенам бочки. Спортсмен теперь двигается параллельно земле по вертикальной поверхности.



Кадр из к/ф "Гонки по вертикали!", 1982 год. Киностудия им. Довженко, Творческая студия "Луч"

Очень опасно. Наталья много раз получала травмы. Но вновь возвращалась. Это была её стихия. Её знали очень хорошо завсегдатаи парка аттракционов, а гости запоминали на всю жизнь её фамилию - Андросова. Однажды её
даже удалось принять участие в параде. Она изображала статую дискобола, проходя мимо перед стоящими
на трибуне главами СССР и самим Сталиным в частности.

Но "Андросова" - это фамилия её отчима. Настоящее её имя было Наталья Искандер. И происхождение было
весьма интересным. Она действительно провела детство в Ташкенте, но родилась в Петрограде. В бурлящем
феврале 1917 года. Она приходилась внучкой опальному великому князю Николаю Константиновичу
(о его судьбе мы говорили. ссылочку дадим в конце), а значит была праправнучкой самого Императора Николая I.

В 1918 отец, чтобы противостоять советской власти, подался в белогвардейцы, позже в эмиграцию, где трудился таксистом, сторожем. Больше они не увидятся. А для матери главной заботой стал вопрос спасения детей
- потомков Романовых. Она вышла замуж, сменила детям фамилию, отчество, увезла их в Москву.

Это был дворец её семьи в Ташкенте. В ранние годы Наталье получилось жить только во флигеле. Дворец был национализирован.

Не получилось, разумеется. Соответствующие службы их нашли, но понимая, что никакой угрозы от этой
трясущейся от страха семьи не исходит, оставили в покое. Да, этих потомков Романовых не репрессировали,
не выслали из столицы даже. Наталья и её брат Кирилл были единственными потомками Романовых по мужской
линии в Советском Союзе. Почему им удалось выжить - вопрос, конечно, интересный. Часто приводят догадку,
что они сотрудничали согласились сотрудничать с НКВД и были осведомителями в вопросах поиска тайно сочувствующих монархическим или антисоветским движениям. Но даже если и так, разве можно упрекать их в этом?

Кирилл Андросов жил жизнью тихой. Настолько, что практически не оставил о своей жизни никаких следов, воевал, вернулся, женился, прожил до 1992 года. Наталья же отказалась бояться, ей нужно было выплеснуть свой страх .


https://zen.yandex.ru/media/11ecu/sovetskaia-kniajna-6075412fca37bb6711f5a138
дары, бусы, плоды, Август

Легенда о нежной любви " железного канцлера " . . .

Есть красивая легенда о нежной любви «железного канцлера» и русской дамы, правда она или нет неизвестно.
Но как всякая красивая легенда со временем она обрастает всё новыми подробностями.

Добрый вечер!

Княжна Екатерина Николаевна Трубецкая родилась в 1840 году в семье Николая Ивановича Трубецкого и  Анны
Андреевны Гудович. Родители были нежно привязаны друг другу, их союз был примером счастливого  брака.
При этом Анна Андреевна практически сразу после свадьбы жаловалась на здоровье, женщину донимала
слабость ног. Была ли она мнимой или истинной не ясно, но Трубецкие проживали в Европе, чтобы Анна Андреевна могла получить лучшее лечение. Почти всё время Анна Андреевна проводила у себя в комнате, графиня много
читала, отличалась широтой взглядов (она не скрывала, что была атеисткой).

Нежные отношения пары иллюстрирую такие слова:

Анна Андреевна говорила про мужа: «У него золотое сердце, но он — идиот»
Николай Иванович не отставал: «Я обожаю её, хоть она и сумасшедшая»

Они жили роскошно, что и привело в середине 1860-х годов к финансовому краху семьи.


 https://zen.yandex.ru/media/id/5cdce5fad7b70d00b3e900b6/kniajna-ekaterina-nikolaevna-trubeckaia--nesbyvshaiasia-liubov-otto-fon-bismarka-60251a87cd2cb47e63cf5bee 



листва, букет, весна

Подборка книг на тему : Семейная сага .




Добрый день, уважаемые читатели! Приступим к делу без предисловий. Предлагаю вашему вниманию подборку
 больших (во всех смыслах – и по объёму, и по значимости) романов, представляющих собой семейные саги.

Это мой любимый жанр.

Почему подборка для терпеливых и вдумчивых? Всё-таки этот жанр мало вписывается в современные каноны
быстрого потребления. Читать сагу долго, иногда «и скучно, и грустно», это в определённой степени преодоление
себя. Только терпеливый человек способен на это. Если вы как раз такой (такая), надеюсь, что вами перечитано
ещё не всё и что-то в этой подборке заинтересует.

Да, сразу уточню, что под семейной сагой я понимаю произведение, в котором описываются судьбы родственников, желательно судьбы представителей нескольких поколений. Правда, насчёт судеб родственников есть уточнение. Немного особняком в этом отношении стоят «Правила виноделов», ведь доктор Кедр Гомеру не кровная родня.
Но разве не стал он юноше полноценным отцом (тем более что и матери у парня никогда и не было)?
Думаю, это можно счесть истинно семейными отношениями, поэтому книгу включила в список.

Итак, что бы почитать из семейных саг?

1. МАРГАРЕТ МИТЧЕЛЛ  «Унесённые ветром» .
Бессмертный роман об американской гражданской войне и о судьбе сильной женщины на фоне
исторических событий. Кстати, эта книга так и осталась единственной в карьере Маргарет Митчелл,
погибшей в 40 лет в дорожно-транспортном происшествии.

2. ДЖОН  ДЖЕЙКС  «Север и Юг», «Любовь и война», «Рай и ад».
 Тоже книга на тему гражданской войны в Америке. Тут полотно шире, чем у Митчелл, автор описал судьбы
двух друзей и их семей на фоне исторических переломов в обществе. Может быть, кто-то видел сериал
-экранизацию с Патриком Суэйзи?

3. КОЛИН   МАККАЛОУ  «Поющие в терновнике».
Удивительный роман о любви и жизненных перипетиях целого ряда колоритных героев.
Действие романа охватывает почти 55 лет – с 1915 по 1969-й – и судьбы трёх поколений.


4. ДЖОН  ГОЛСУОРСИ  «Сага о Форсайтах» (+ «Конец главы») .
Бессмертный труд английского классика о семье английских аристократов от середины XIX века до 1930-х годов.


5. Цикл романов ДЖЕЙМСА   КЛАВЕЛЛА  о  Благородном доме Струанов   («Тайпан», «Гайдзин, собственно
«Благородный Дом» в двух книгах, отчасти «Ураган»).
Собственно говоря, это не именно и только история семьи, это скорее смесь приключенческого и бизнес-романа,
щедро приправленного политическими аллюзиями. Но род Струанов цементирует сюжет и создаёт единый план
на протяжении многих книг, поэтому я и включила этот цикл Клавелла в подборку саг.

6. ИРВИН   ШОУ «Богач, бедняк». Пока ещё не читала сам роман, но слышала много положительных отзывов.
Мол, американская классика, время действия – 1920-е – 1960-е, прослеживаются судьбы двух братьев и сестры
из рода Джордах. Кто и как справился с жизненными испытаниями: с богатством и с бедностью.
(Запланировала почитать.)

7. ТОРНТОН   УАЙЛЬДЕР «День восьмой».
Блестящий роман (кстати, маленький по объёму) от классика американской литературы.
Формально сюжет цементируется детективной интригой с убийством, но она – лишь повод рассказать историю
двух семей – Эшли и Лансингов – из маленького американского городка. Чтение не то чтобы драматичное,
но захватывающее. Впечатлений хватит надолго.

8. ДЖОН   СТЕЙНБЕК  «К востоку от Эдема» .
Тоже пока ещё не читала книгу, только запланировала. Но у Стейнбека мне понравились «Гроздья гнева»
и особенно «Зима тревоги нашей», так что автору доверяю. Судя по отзывам, в романе «К востоку от Эдема»
речь идёт о жизни двух семей – Трасков и Гамильтонов, и много внимания автор уделяет социальным
и моральным вопросам бытия. Роман, который сам Стейнбек считал у себя лучшим.
Такая оценка много стоит. Читаем?

9. ДЖОН   ИРВИНГ    «Правила виноделов» .
Как я уже сказала, формально речь в книге не совсем о родственниках. Отношения героев довольно запутанные,
и их намертво цементирует не кровная связь, а духовная. Интересно описана жизнь в американской провинции
в 1940-х годах. Очень мощно звучит тема жизни и смерти, особенно в преломлении вопроса о моральности
и допустимости абортов и, соответственно, права женщины самой вершить свою судьбу. Однозначно прекрасное произведение, весьма советую любителям романов о жизни и романов взросления.

10. СИКИБУ   МУРАСАКИ  «Повесть о Гэндзи».
Классика японской литературы. Роман о юноше Гэндзи (побочном сыне императора) и его потомках написан
ещё в конце Х века, но до сих пор читаем и почитаем. Традиции, культура и быт средневековой Японии,
любование мелочами и громадный объём – вот рецепт подлинно японского романа.

11. ЭЛЕНА   ФЕРРАНТЕ  «Неаполитанский квартет» («Моя гениальная подруга», «История нового имени»,
«Те, кто уходит, и те, кто остаётся» и «История о пропавшем ребёнке»).
Прекрасная тетралогия с итальянским колоритом. Центральная тема – дружба и судьба двух подруг
из бедного квартала Неаполя. О том, как и почему одна из них, девочка средних способностей, но усердная,
сумела вырваться, получить образование и прославиться как писательница, но при этом всю жизнь ментально
зависела от своей подруги; и о том, как и почему эта самая подруга выдающегося ума и железной воли осталась
в своём неаполитанском болоте.

12. ГАБРИЕЛЬ  ГАРСИЯ   МАРКЕС  «Сто лет одиночества». Классика из классики! Порой я поражаюсь,
как в такую маленькую по объёму книгу Маркесу удалось втиснутьстолько историй и персонажей (большинство
из которых зовут Аурелиано или Хосе-Аркадио :-) )!Да, возможно, магический реализм не всем подойдёт
как стиль, но с этим романом однозначно нужно быть знакомым  мировой  литературы.


13. АРУНДАТИ   РОЙ  «Бог мелочей» .
В своё время этот роман наделал много шума. Я читала его ещё в журнальном варианте где-то в 2008 году.
Книга индийской писательницы раскрывает жизнь индийской провинциальной семьи на отрезке в 100 лет,
но основные события происходят в 1969 году. Впервые роман был опубликован в 1997 году.  Кастовая
 непримиримость, любовь, роль женщины в обществе, борьба религий (конкретно место христианства в Индии)
и политических партий. Кстати, писательница после «Бога мелочей» на 20 (!) лет прекратила писать книги и пошла
в политику. Так что эту тему знает не понаслышке. Правда, она в эти 20 лет писала эссе и киносценарии, но всё же…

14. АНУРАДХА   РОЙ   «Жизни, которые мы не прожили» .
Роман представляет собой воспоминания уже пожилого Чанда Розарио о жизни одной индийской семьи
– семьи его родителей, где мать бросила отца, чтобы стать художницей. Для Индии очень оригинальный сюжет. События будут показаны и с точки зрения этой самой матери, и её видение событий, конечно, отличается
от сыновнего. И ещё: авторы "Бога мелочей" и "Жизней, которые мы не прожили" - разные лица. :-)


15. САЛМАН   РУШДИ  «Золотой дом».
Да, ещё один индус в списке. Но какой! Только начала читать этот роман. Да, у Рушди весьма тяжёлый слог.
Но тем, кто любит Толстого, бояться нечего: в плане витиеватости вам всё будет привычно. :-) На Рушди всегда противоречивые отзывы. Впрочем, как я поняла, «Золотой дом» - это наименее «индийское» из всех произведений
этого автора. Хотя Индия его, конечно, питает и насыщает даже за океаном. Время действия – более или менее современность (накануне выборов Трампа), герои – странная богатая семья индусов, поселившаяся в американском городке и состоящая из отца и трёх сыновей с именами древнеримских патрициев. Без скелетов в шкафу, конечно,
не обойдётся. И без аллюзий на... русскую культуру. Ну-ну, мне уже интересно. Я люблю и Индию, и политику,
и семейную тематику. И русские сказки, конечно. Посмотрим, как соединит всё это Рушди. Вы со мной?

16. ХЕРБЬЁРГ   ВАССМУ    «Сто лет».
От индусов переходим к скандинавам. Роман норвежской писательницы охватывает целый век из истории
её собственной семьи. Причём в фокусе только женская линия – от прабабушки к самой писательницы.
Соответственно, будут давить на чисто женские болевые точки: деторождение, выбор между любовью и долгом,
семьёй и профессией. Изменился ли взгляд норвежцев на эти вопросы за сто лет?

17. СЕЛЬМА    ЛАГЕРЛЁФ . Трилогия о Лёвеншёльдах («Перстень Лёвеншёльдов», «Шарлотта Лёвеншёльд»,
«Анна Сверд»). Замечательная трилогия в скандинавском стиле!
Действие романов охватывает более чем сто лет - с первой половины XVIII века до середины XIX века.
Разумеется, тут история нескольких поколений, любовь и предательство, древнее проклятие, испытания
и сильные личности. Очень захватывающе! Плюс исторические детали.

18. ЭЛИЗАБЕТ  ДЖЕЙН  ГОВАРД   «Хроники семьи Казалет» (5 книг: «Беззаботные годы», «Застывшее время», «Смятение», «Исход», «Всё меняется»).
Этот цикл я не читала, поэтому не берусь судить. Но восторженных отзывов на пенталогию много. Дать картину английского быта от Первой мировой войны до 1960-х - сама по себе задача, поставленная автором, впечатляет.
Сами издатели отмечают, что "Хроники семьи Казалет" подойдут любителям "Аббатства Даунтон". Сериалом «Аббатство Даунтон» я как-то не прониклась, но о Казалетах почитать будет интересно.


19. Михаил Шолохов «Тихий Дон».

20. Лев Толстой «Война и мир».

21. Борис Пастернак «Доктор Живаго».

Последние три книги, на мой взгляд, в представлениях не нуждаются: любой, кто доучился до 11 класса, знает их
в рамках школьной программы. Кстати, не сомневаюсь, что в этот ряд вы, уважаемые читатели, сможете добавить
и другие книги («Отцы и дети», «Братья Карамазовы», «Анна Каренина», «Господа Головлёвы» и т.д.).

Это те произведения, которые я либо читала, либо отобрала для чтения в ближайшее время. Но есть и такие,
о существовании которых просто знаю, без всяких подробностей, но пока не планирую за них браться. Например, обширный цикл  Золя о Ругон-Маккарах, «Московская сага» Аксёнова, одноплановые книги Розамунды Пилчер вроде «Собирателей ракушек», роман Сигрид Унсет «Кристин, дочь Лавранса» (кстати, любимый у Цветаевой)
и даже роман Кена Кизи «Порою блажь великая» о братьях. Все они пока что не в моём списке чтения
(кроме Кизи, его почитать уже наметила). Может, вы посоветуете за них взяться?

Кстати, мне пришло в голову, что если уж буквально считать семейной сагой обширную историю семьи,
то под это определение подойдёт и история о короле Артуре, который никак не мог разобраться с любовным треугольником между собой, женой и другом Ланселотом и которого убил собственный сын, рождённый от родной сестры Артура. Одна из трактовок легенды приведена, например, в романе Мэрион Зиммер Брэдли
«Туманы Авалона» . Да уж, семейную историю короля Артура ещё никто, на мой взгляд, по крутости сюжетных поворотов не переплюнул…

Но об артуриане в другой раз (обещаю).

https://zen.yandex.ru/media/id/5dfcf74ec49f2900afbc0bb1/pochitaem-semeinye-sagi-podborka-dlia-terpelivyh-i-vdumchivyh-6059abd1e5bdfc766ae6c107



листва, букет, весна

СИЛА ЛЮБВИ . . .






Она слыла первой красавицей. Сколько сердец было разбито безответной любовью теперь уже никто и не сможет сосчитать. Она очень гордилась своей красотой, не отдавая никому предпочтения из тех, кто добивался её руки и сердца.

     Однажды мимо деревушки, где жила строптивая девушка, проезжал молодой человек. Он был искренне поражен красотой и величием неприступной обольстительницы.Но, наравне в другими был осмеян и отвергнут.

     Тогда юноша решил,что станет самым сильным и храбрым. Он пошел на воинскую службу и вскоре стал числится в рядах самым прославленных бойцов.
     Но красавица даже не удостоила его взглядом.

     «Может быть, если я буду богатым, девушка согласится выйди за меня замуж? —  подумал он и поступил в телохранители к одному из самых богатейших купцов. День за днем юноша постигал азы, как заработать состояние. Через некоторое время ему это удалось.
     Но и богатства не прельстили его высокомерную избранницу.

     Немного поразмыслив, отвергнутый влюбленный решил, что научится быть мудрым. Оставив все свои богатства, он пошел странствовать по белу свету, чтобы набраться мудрости.

     Прошло много лет прежде, чем он вернулся к домой. Теперь его считали одним из мудрейших людей на земле.

     Его возлюбленная, считавшая что в мире нет человека, достойного её красоты, так и не выйдя замуж, успела превратиться в старую и ворчливую женщину.
     Придя однажды к мудрецу, она спросила:
    — Ты всё знаешь.Скажи, есть ли на свете человек, который захочет жениться на мне?
    — Конечно же есть?
    — Странно и кто же он?
    — Этот человек перед тобой — ответил мудрец.

     Стоявшие рядом люди в недоумении повернули к нему головы:
    — Наимудрейший! Ты собираешься жениться на этой сварливой старухе? Разве ты забыл сколько  горя и страданий она принесла тебе?
   —  Может быть, оно так и есть на самом деле —  ответил мудрец. Но не будь её, разве бы я стал тем, кем вы меня сейчас видите?



     По мотивам одноименной притчи

© Copyright: Ирина Стефашина

https://zen.yandex.ru/media/id/5fe5fcb35f44e901d3658146/sila-liubvi-pritcha-604b48f984ba3c6873782328

Сила любви. Притча.



листва, букет, весна

Фигурное катание .



13 января
2021 г


Рассказ // На илл.: Художник Анна Морозова
Рассказ // На илл.: Художник Анна Морозова

Вальяжного доцента Нечайкина считали в университете старомодным из-за пальто покроя «реглан» и волнистой смоляной гривы, увенчанной чёрным беретом с сентября до июля. На пересуды доцент не обращал внимания, редко что могло его взволновать, но сегодня произошёл именно такой случай. Получилось всё само собой, едва он случайно встретился на выходе из метро с соседкой по дому, у которой вёл курс по литературоведению; Юля была на хорошем счету, и он всегда благоволил ей. Она знала об этом. Поэтому, сказав «здрасьте» и смешно сморщив остренький носик, хитро блеснув серыми глазками, Юля легко спросила:

– Ефим Леонидович, а вы бываете на катке?

Тема коньков для Нечайкина – родная, потому что в юности он увлекался ими по-настоящему, выполнил норматив первого разряда, правда, на этом достижении и остановился, а коньки, повзрослев, что называется, повесил на гвоздь.

– Давно, Юлечка, не ходил, но с тобой непременно отправился бы.

– Тогда давайте вечером сходим. Вспомните фигурное катание!

– Не было у меня ничего фигурного – сплошь тупое многоборье.

– Всё равно ведь на коньках уверенно себя чувствуете.

– Скажем так: чувствовал.

– Вот и классно! Так что пора доставать коньки. Или в прокате возьмёте?

– Без проката обойдусь… Во сколько встретимся?

– Можно в семь. Пока дойдём, пока то да сё – как раз сеанс начнётся.

Договорившись, они расстались, и Нечайкин вломился в квартиру совершенно шальным, едва не расплескав искры из чёрных глаз. Мама, Флора Матвеевна, хотя изрядно располнела в последние годы, стремительно появилась в прихожей и, запахнув на груди мятый халат, словно от сына действительно летели искры, отчаянно удивилась:

– Фима, что я вижу: на тебе лица нет! Что случилось, мой мальчик?

Ответил Ефим не сразу, да и как скажешь, что собрался с девушкой на каток, решил вспомнить молодость. Он, конечно, старым себя не считал, хотя имел сына-подростка, которого жена после развода увезла куда-то в пригород. Мама придерживалась такого же мнения и чуть ли не каждую неделю приглашала малознакомых женщин, говоря при этом, чтобы Фима непременно выбрал какую-нибудь на предмет серьёзной женитьбы. И как сказать маме, что мечтает о студентке, пусть даже четвёртого или пятого курса. Ровным счётом ничего не скажешь. А ведь на их кафедре многие преподаватели женаты по нескольку раз: Эдуард Иванов, Марк Цветнов, Георгий Подоржельский. Даже Степанов Николай, говорят, подал документы на развод. А чем он, Ефим Нечайкин, хуже этого фанфарона. Взять, например, ту же Юлию. Одна из лучших на втором курсе: прилежна, любознательна и на мордашку симпатична. Из прекрасной семьи. Папа в служит в министерстве иностранных дел, мама – в банке на хорошей должности. Удивительные люди, особенно Юлин папа, с которым он однажды беседовал. Пяти минут хватило, чтобы понять, какая благородная душа у этого человека. Так что в случае женитьбы на его дочери перспективы открывались бы роскошные… Ефиму захотелось поделиться сегодняшними планами с мамой, порадовать её, но как скажешь с порога. Поэтому притворно удивился:

– Мама, о чём вы? Обычное лицо – всегда от работы такое.

– А мне кажется, Фима устал!

– Ничуть. Даже вечером иду на каток.

– Опять?

– Нет, мама! Приятель попросил коньки!

– О чём ты говоришь, какой каток в твои годы, когда о семье надо думать, о докторской – ведь всё забросил! Уже идёшь с какой-то студенткой?

– Нет, мама, – с приятелем! – ответил он спокойно и доверительно, чтобы не обидеть Флору Матвеевну, и пошёл мыть руки.

Воодушевившись предстоящей встречей, Ефим от обеда отказался, ограничился чаем с печеньем. Потом решил приготовить коньки. Пока рылся в кладовке, переложил кучу вещей. Коньки были беговыми, показались непомерно длинными и за всё цеплялись лезвиями. Проще взять напрокат, но Ефим резонно решил, что прокат ныне очень дорогой, да и грибком ногтей можно заразиться. Зато как радостно прокатиться на «ножах», вспомнить юность – прекрасное было время.

Приготовив коньки и переодевшись в спортивный костюм, Нечайкин нетерпеливо посматривал на часы, боясь опоздать. Но чтобы не мёрзнуть, он вышел на улицу за две минуты до назначенного Юлей времени. Вскоре скрипнула дверь в соседнем подъезде, и вышла она: в сиреневой лёгкой куртке, белой шапочке и облегающих рейтузах, с коньками и термосом в сумке. Хочешь не хочешь, засмотришься. Но засматриваться некогда, да и неприлично.

– Пойдёмте! – сказала она.

– Да-да, непременно, – торопливо согласился Ефим и перекинул коньки через плечо, как прежде носил их, решительно попросил: – Можно твою сумку!

Они миновали почти безлюдные полутёмные дворы «сталинских» зданий, потом тоннелем, где обычно собирались хулиганы, нырнули под шоссе и железнодорожную насыпь и оказались на территории стадиона. Ефим, чуть отстав, незаметно косился на Юлю, представляя, как, взявшись за руку, будет кататься с ней, говорить что-нибудь приятное, а когда будут возвращаться – непременно пригласит на чай. Даже не верилось, что всё это может произойти сегодня, и для этого и делать-то ничего не надо особенного: всего-то сходить на каток, как в старые добрые времена, ну и немного потратиться на билеты.

В раздевалке они убрали куртки и обувь в шкафчики и, находясь в прекрасном настроении, вышли по резиновому коврику на лёд. А на льду вольготно расплескалась музыка, всё залито светом, от тесноты и улыбок приятно рябит в глазах. А воздух, воздух-то какой: морозный, сухой, звонкий!

– Покатили! – не сдержав озорного настроения, выкрикнула Юля и сразу же умчалась.

Ефим же, казавшийся толстым из-за цигейковой безрукавки, надетой под свитер по настоянию Флоры Матвеевны, сразу отстал, опасаясь кого-нибудь зацепить длинными коньками. Не имея возможности привычно разогнаться, едва переступая, катился следом неуклюже, по сравнению с другими, и пожалел, что не взял в прокате обычные коньки, называемые в детстве гагами. Уж на что, помнится, были удобными, особенно для хоккея. Но Флоре Матвеевне очень не нравился хоккей, и она убедила Фиму перейти в конькобежную секцию… И вот теперь все смотрели на Фимины обшарпанные ботинки и растрёпанные шнурки в узлах, на «ножи»-длинномеры, чёрный берет и ухмылялись, а ему ничего не оставалось, как делать вид, что ничего и никого не замечает, хотя видел, как Юля уехала далеко вперёд, как, почти сделав круг, оказалась рядом с парнем в красном свитере.

Если бы Ефим мог услышать, о чём они говорят, то сразу расстроился бы, хотя Юля лишь спросила у парня, показавшегося Ефиму знакомым:

– Успел в больницу?

– Успел-успел – отец привет передаёт!

Они поцеловались и, взявшись за руки, влились в общее круговое движение, затягивающее, казалось, безвозвратно. Когда проезжали мимо, Ефим окликнул Юлю, даже слегка махнул ей, чтобы напомнить о себе, но она не отозвалась, а он вдруг понял, что более не нужен ей, что она, оказывается, шла на свидание, использовав преподавателя лишь только для того, чтобы безопасно дойти до катка.

Через два круга Юля всё-таки соизволила подъехать, но лучше бы не останавливалась, потому что на неё, улыбающуюся, он теперь не мог спокойно смотреть.

– Вот, познакомьтесь, Ефим Леонидович! – указала она на парня. – Мой друг Алёша. Учится на третьем курсе в нашем университете.

Нечайкин пожал горячую руку, взглянул на розовощёкое лицо Алексея, его непокрытую голову и почувствовал, как самого затрясло. Но виду не показал, даже высказался по-отечески:

– Мы немного знакомы… Очень рад! Вперёд, молодёжь!

Когда они упорхнули, Ефим окончательно расстроился от Юлиного предательства и не хотел более смотреть в её сторону. Когда же она вновь равнодушно проехала, то ему, совсем пристыженному, ничего не оставалось, как по-тихому исчезнуть с катка.

Переодевшись, он еле-еле брёл на ватных ногах, не желая более видеть счастливо улыбающиеся лица, не желая слышать назойливую музыку – ничего теперь не радовало и ничего не хотелось. Он лишь мечтал поскорее попасть к маме и сказать, что в очередной раз она оказалась права. Проходя мимо мусорного бака, Ефим сорвал с плеча неуклюжие коньки и в сердцах швырнул их в гулкое нутро, твёрдо решив, что с коньками расстался навсегда. И сразу на душе полегчало. Но ещё легче стало, когда вспомнил, что скоро сессия… «Вот тогда посмотрим, дорогие Юля и Алёша, как вы будете улыбаться!» – согреваясь, даже закипая от радости, представил он, и ноги в этот момент налились силой, сделались невероятно крепкими и сами собой понесли домой.

Лишь на минутку он задержался у подъезда, вновь подумав о Юле. Ведь она, в сущности, не при чём. Это всё вероломный её дружок. Вот кого наказать надо. А перед Юлиным папой будет стыдно, если вдруг она завалит сессию. «Надо как-нибудь позвонить ему и сообщить, какая прекрасная у него дочка, какая она прилежная и уважительная!» – совсем уж воодушевившись, подумал Ефим и окончательно успокоился, решив ничего пока не говорить Флоре Матвеевне, чтобы раньше времени не волновать старушку.

Tags: ПрозаProject: MolokoAuthor: Пронский В.

листва, букет, весна

Фафзия Фуад , последняя принцесса Египта


Фавзия Фуад, последняя принцесса Египта

Её красота была такой необычной и яркой, что известный фотограф Сесиль Битон называл ее
не иначе как «азиатской голубоглазой Венерой». Она добровольно отказалась от жизни при королевском дворе, высокого титула и прочих привилегий, дарованных ей ещё с рождения, — и ни о чём не жалела.

Фавзия Фуад, последняя принцесса Египта

Принцесса Фавзия ибн Фуад родилась во дворце Рас-эль-Тин в Александрии 5 ноября 1921 года,
она была старшей дочерью Фуада I, султана Египта и Судана, и его второй жены, Назли Сабри.
Три  сестры и брат Фавзии также получили имена, начинающиеся на «Ф» (Файза, Файка, Фатхия и Фарук)
— эта буква должна была приносить им счастье.

Фавзия Фуад, последняя принцесса Египта


                          Фавзия в детстве

К 17 годам Фавзия стала настоящей красавицей. Одним из ее предков был французский офицер,
который служил под началом Наполеона, а потом перешел в ислам и остался жить в Египте —
очевидно,  именно благодаря этому юная принцесса выглядела по-европейски. Кроме того, она
получила  образование в  Швейцарии и была представлена едва ли не ко всем королевским дворам.
Было совершенно очевидно, что её ожидает  поистинне  королевское  будущее  .
Так оно и вышло — вскоре она стала женой наследногопринца  Ирана Мохаммеда  Реза  Пехлеви .


Жизнь в Иране — довольно отсталой стране — юную красавицу не прельщала.

Но этот союз был вызван исключительно политическими интересами. До свадьбы жених и невеста
встречались только раз — в каирском дворце Абдин. Затем пришлось дожидаться второй церемонии
в Тегеране, и только после этого они смогли начать брачные отношения.

Фавзия Фуад, последняя принцесса Египта

         Принцесса Фавзия и Мохаммед Реза Пехлеви на церемонии бракосочетания, 1939


Путешествие Фавзии в Тегеран более чем с двумя сотнями мест багажа оказалось тяжелым испытанием
для тех, кто его обеспечивал. Она везла с собою двести платьев, сто шестьдесят пар обуви, семь меховых мантий и огромное количество драгоценностей. Одно лишь свадебное платье стоило десять тысяч фунтов.


https://myhistory.mirtesen.ru/blog/43183024474/Favziya-Fuad,-poslednyaya-printsessa-Egipta


Принцесса Фавзия и Мохаммед Реза Пехлеви на церемонии бракосочетания, 1939

Путешествие Фавзии в Тегеран более чем с двумя сотнями мест багажа оказалось тяжелым испытанием
для тех, кто его обеспечивал. Она везла с собою двести платьев, сто шестьдесят пар обуви, семь меховых мантий и огромное количество драгоценностей. Одно лишь свадебное платье стоило десять тысяч фунтов.

Фавзия Фуад, последняя принцесса Египта


На следующий год Фавзия родила девочку, ей дали имя Шахназ. В 1941 г. Мохаммед Реза Пехлеви взошел
на престол, и Фавзия стала королевой Ирана. Вскоре она снялась в фотосессии для журнала «Life»,
и после того как ее фото появилось на обложке, о красоте «азиатской голубоглазой Венеры» заговорил
весь мир, ее называли одной из самых красивых женщин эпохи.

Фавзия Фуад, последняя принцесса Египта

Обложка журнала Life, фото Сесиля Битона


Брак, правда, оказался не из счастливых. Говорили, что муж недоволен привычками супруги: до обеда
валяться в постели, тратить часа два на одевание, а остаток дня — на карты или езду в автомобиле.
А с 1942 года Фавзия и вовсе жила в отдельных апартаментах и редко проводила с мужем ночь.

Фавзия Фуад, последняя принцесса Египта


Кроме того, вскоре после замужества Фавзия оказалась под тотальным контролем. Ей запрещали
контактировать с родными, все слуги и вещи, привезенные из Египта, были отправлены назад.


В довершение всего, шах принялся ухаживать за другими женщинами, и Фавзия, узнав об этом из анонимных писем, отплатила мужу той же монетой. В конце концов в 1945 году Фавзия приняла решение, которое
было беспрецедентным для стран Востока, тем более для королевских семей: она первая подала на развод
и вернулась в Египет.

Фавзия Фуад, последняя принцесса Египта

Шах согласился с нею развестись в 1948 году, но при этом обвинял ее в неверности, умалчивая
о своих похождениях. Официальной причиной развода в Иране назвали то, что Фавзии не удалось
подарить королю наследника. 8-летнюю дочь ей пришлось оставить в семье мужа.

Фавзия Фуад, последняя принцесса Египта

                       Фавзия со вторым мужем Исмаилом Ширином


Через пять месяцев после развода Фавзия вышла замуж за полковника египетской армии Исмаила Ширина, племянника одной из любимиц её брата Фарука, который к тому моменту правил Египтом. Какое-то время она наслаждалась обеспеченной и беззаботной жизнью. Но в 1952 г. в Египте произошла революция, к власти пришел генерал Абдель Нассер. Король бежал из страны, но его сестра с семьей решила остаться, хотя и была лишена всех титулов и привилегий.


Однажды Фавзию пригласил на встречу следующий правитель, президент Анвар Садат. Во время визита последняя принцесса Египта сказала ему:

«Дважды за мою жизнь мне пришлось терять корону: первый раз, когда я перестала быть королевой Ирана,
и второй — когда потеряла титул принцессы здесь. Неважно. Теперь все в прошлом».


Фавзия Фуад, последняя принцесса Египта

                           
                                  Одно из последних фото Фавзии, с бывшим мужем её дочери Шахназ,
                                   дипломатом Ардеширом Захеди. 2004 г.


Она действительно ни о чем не жалела: ее второй брак оказался счастливым, супруги провели вместе
45 лет, у них родилось двое детей. В Египте Фавзия пользовалась большим уважением и любовью, в народе
ее продолжали называть «наша принцесса». Она прожила до глубокой старости и скончалась в 2013 г.
в возрасте 91 года.

http://izbrannoe.com/news/lyudi/favziya-fuad-poslednyaya-pri...


Судьба    блистательной   красавицы   и  бывшей   королевы  :

https://zen.yandex.ru/media/medvyana/odna-iz-samyh-krasivyh-jenscin-20-veka-favziia-fuad-sudba-blistatelnoi-krasavicy-i-byvshei-korolevy-6036dda31e7ab429ba68234f



листва, букет, весна

Туфелька для Золушки .





У меня очень маленький размер ноги, 34. Обувь найти почти невозможно - я имею в виду взрослую обувь,
а не детские тапочки или босоножки. То есть - обувь то найти возможно, но чтобы она еще была и красивая...


Помните, как говорят французы? Женщину делают голова и ноги. Я с этим полностью согласна: и в плане ухоженных,
намытых и уложенных волос, и в плане безупречной, красивой, волшебной обуви. Когда на твоих ножках обуто что-то
легкое, удобное и красивое, то меняется походка, меняется настроение, меняется мир вокруг. Чем легче ты бежишь
по улице, тем ярче ты бежишь по самой жизни! Это аксиома, и в доказательствах она не нуждается!



А однажды у меня появились одни абсолютно волшебные туфельки, которые напрочь изменили мою судьбу.
В тот день я обшаривала сеть в поисках магазинов, где продается обувь нестандартных размеров.
 Казалось бы - чего  проще  вбиваешь в поисковик "обувь маленьких размеров" и заказываешь себе на здоровье.
Но не тут-то было. Я хотела что-то красивое, по-настоящему красивое, у меня был повод одеться по высшему разряду,
туфли должны были подходить к цвету моего темно-синего бархатного платья, и магазин не должен был находиться
у тьму-таракани, потому что времени, чтобы дожидаться доставки у меня не было. И вот - о,чудо! - я нашла один
интернет магазин обуви в Москве, там были размеры до 35-го, и там были МОИ туфли. Бархатные, синие, с двумя
капельками стразов на узком бантике над высоким каблуком, последняя пара - МОЕГО размера. Я была счастлива.
Всего два  часа поиска - и чудо у меня в кармане. Как я боялась, что сейчас начну оформлять заказ, и узнаю, что они
уже проданы. Но нет, заказ у меня приняли, перезвонили, и я помчалась сама их выкупать и забирать со склада.



На следующий день я отправилась на прием в посольство Великобритании, в длинном платье с разрезом, с высокой
прической и новых туфлях. Неожиданно, да? Неожиданно, но осуществимо, ибо шла я туда не как я сама, а как спутница
моего брата, который работал при посольстве России в Лондоне и, будучи в данный момент в Москве, был приглашен
на прием. Жена его осталась в Лондоне с детьми, и он позвал меня в качестве своей спутницы. Все так просто
и не замысловато на первый взгляд... но как же мне хотелось блистать! Каждая девочка мечтает однажды побыть
принцессой и сходить на бал. Я дожила уже до 26-ти лет, и мне все равно - по-детски - этого хотелось.


Прием был прекрасен: много огней, шампанское в искрящихся бокалах, цветы, живая музыка, галантные кавалеры, приглашающие дам на вальс. Я чувствовала себя по меньшей мере Золушкой, попавшей в другой мир, сказочный
и удивительный. Я танцевала, смеялась, вспомнила весь свой запас английского, чтобы разговаривать с танцующими
со мной мужчинами на их родном языке, и это было восхитительно. Особенно мне понравился Марк, высокий
тёмноглазый  юноша пригласивший меня на второй танец, и сильно, но бережно сжимавший мою руку во время вальса.
Он был немногословен, больше улыбался и молчал, слушая мой неидеальный английский, но похоже все понимал,
и все ему нравилось. Мы танцевали с ним несколько раз, и мой брат, подойдя ко мне в перерыве между танцами,
сообщил, что Марк работает с ним в Лондоне и считается там очень перспективным женихом. Замуж я не собиралась,
но отвечать взглядом и улыбкой на взгляды Марка мне было приятно и щемяще-сладко.



Прием закончился совсем не так радужно как начался. Уже спускаясь на улицу после окончания праздника, я обернулась
на лестнице назад, мне хотелось найти взглядом Марка и попрощаться с ним, неловко подвернула ногу и полетела
со ступенек вниз, красиво и громко. То ли каблук зацепился за железную штангу, держащую на ступенях красный торжественный ковер, то ли еще какая оказия с ним приключилась, но я в одночасье лишилась правой туфли - каблук был отломан на смерть, и правой лодыжки - как оказалось впоследствии, я ее сломала. Могло, конечно, быть и хуже, улыбаясь сообщил мне доктор в машине скорой помощи, накладывая мне шину на раздувшуюся ногу, а так - пара месяцев в гипсе
- и бегайте дальше сколько хотите и где хотите. Но эта новость меня не обрадовала. Платье я порвала, туфлю потеряла,
а с Марком мы так и не попрощались. Я его увидела издали и мельком: когда меня грузили в карету скорой помощи,
он стоял на верхних ступеньках лестницы, что-то сжимая в руках. Я расплакалась, больше от обиды, чем от боли,
и позволила вколоть себе успокоительное и обезболивающее.



Брат улетел в Лондон, а я осталась дома одна, сидела, ела, бездумно копалась в сети и еле ковыляла по квартире
с костылем, если вдруг было нужно. Через  неделю  брат  прислал  мне  фотографии  с приёма  .

Там были мы с Марком, красивые, в свете свечей и фонариков, и я улыбалась и была счастлива. Тогда, но не сейчас.
Сейчас было чувство, что я вернулась в дом к мачехе, и опять превратилась в бедную, всеми понукаемую родственницу, которая не живет, а только помнит как жила и цвела.


Нога у меня заживала быстро. Когда врач сообщил, что через неделю мне снимут гипс, я едва не запрыгала от радости,
но костыль этому не способствовала никак. Поэтому я ограничилась радостным постом в фейсбуке и контакте, а заодно,
на радостях, выложила те свои фото с приема.



Подружки живо на них откликнулись, и все стали спрашивать про платье и туфли. Вот ведь, как сговорились!
Я поковыляла к коробке, где лежала моя одинокая красивая левая туфелька, и внезапно подумала, что хорошо
было бы найти точно такие туфли, или хотя бы одну - на правую ногу. И я полезла в сеть. Туфлей нигде не было.
Ни на  том сайте , где я тогда умудрилась купить последнюю пару, ни на каких других. Я настолько отчаялась, что даже запостила в соц. сетях сообщение о том, что ищу правую туфельку на золушкину ножку, ибо хочу-не могу, плачу-страдаю,
не в чем поехать на бал. Тотчас отписался брат, посмеялся надо мной по-доброму, отшутился, что как только я смогу
ходить , он пригласит меня к себе в Лондон, и там я куплю себе любые другие туфли . Но я сказала что любые другие
не хочу, хочу эти. "Ну, все может быть"- неоднозначно написал мне брат и отключился.



А я продолжала поиски. Друзья каждый день присылали мне ссылки на магазины и распродажи, но все там было не то.
Или не тот цвет, или не те стразы, или не та фирма. Гипс к тому времени у меня уже сняли, я вполне сносно
передвигалась на своих двоих, и мечтала опять одеть туфли к своему отреставрированному бархатному платью.
Но туфли все не находились.


Но вот однажды мне пришло сообщение от незнакомого адресата, страница у него была закрытая, фото ни о чем
не говорящее, но он спрашивал меня - "не это ли ищу?" К сообщению были прикреплены фотографии моих туфлей.
"Это"- с дрожью ответила я ему, и стала ждать, что он мне напишет. "У меня есть такая пара туфлей.
Какой вам нужен размер?" - спросил незнакомец. "З4-ый" - ответила я и получила его новое сообщение:
"Куда их вам привезти?"



Наверное, я от жадности своей совсем потеряла голову. Я не задумалась кто это, не опасен ли мне этот человек,
что он хочет взамен... Я просто назвала ему свой адрес и он ответил, что приедет через час.



Боже, какой это был длинный час! Я за него успела и голову вымыть, и два раза переодеться. Почему-то не хотелось представать перед незнакомцем в домашнем и послебольничном виде. Девушка, ждущая такие туфельки - должна быть принцессой, не меньше! Поэтому я носилась по квартире, забыв о недавно снятом гипсе, и каждый пять минут подбегала
к зеркалу, проверить, все ли у меня в порядке.  И  вот раздался  звонок  в  дверь , и  я  ткрыла  замок .



На пороге стоял Марк. С букетом роз. И с коробкой в руках. Я не смогла сказать ни слова, только молча отодвинулась
вглубь квартиры и пропустила его в прихожую. Марк закрыл дверь, вручил мне букет, взял под локоть, отвел в комнату
и усадил на диван. А потом открыл коробку, и достал оттуда мою синюю потерянную туфельку. Одну. На правую ногу.



- Позвольте, Золушка? - сказал он с сильным акцентом, и надел мне на ногу почти хрустальный башмачок. -
...Ммм, похоже это ваш размер... Значит, принцесса, это вы?



- Значит, я, - ответила ему свежеиспеченная принцесса, и сердце у нее стало бухать как большие дворцовые пушки
во время коронации или даже целой свадьбы.


- Как хорошо, что я вас нашел, - сказал Марк, и как настоящий принц поцеловал мне руку...


Конечно, мое любопытство рано или поздно оказалось удовлетворено. Марк долго отмалчивался, и на мои вопросы "КАК?" отшучивался, отговаривался, или просто сразу начинал меня целовать, и я замолкала и больше ничего не спрашивала.
Но все-таки однажды, спустя пару месяцев, когда мы с ним гуляли по узким лондонским улочкам, он подвел меня к одной маленькой мастерской, и сказал, что мою туфельку, да-да, ту что сейчас у меня на ногах, сделали именно здесь.
В тот злополучный вечер он подобрал останки безвременно погибшего бархатного чуда, именно их он и сжимал в руках,
стоя на ступенях и провожая меня взглядом, а потом заказал здесь копию. Ее сделали-то всего за месяц.
Недолго, правда же?



Ну, а найти меня в фэйсбуке было проще простого - брат-то мой никуда не делся, и виделся с Марком почти ежедневно.
Марк долго думал, как отдать мне изготовленную копию, и тут я написала, что хочу стать Золушкой и найти свой
хрустальный башмачок. Я ведь даже не думала, что в итоге найду и своего принца...



Автор: Ksu Petrova




листва, букет, весна

Духовные мудрости .





среда в 20:52
Бабку собирали всей семьёй. Не тая греха, говорили ей прямо о том, как она надоела. И о том, что наконец-то настала весна,
и теперь она уедет в деревню до поздней осени. Внуки были холодны к ней, невестка её не любила. А сын постоянно
находился в командировках. Но когда приезжал ни чуть не лучше своей семьи относился к матери. Она была обузой для них.
Сама всё понимала и из последних сил терпела эти мучения, каждый год дожидаясь весны, как чего-то самого лучшего.
Верного. Настоящего.

Весна в этот год пришла рано. Бабка часто сидела у подъезда и любовалась тёплым весенним небом, грелась на солнце.
А вид у неё был как у ощипаного воробья. Худая, в старых лохмотьях, видавших виды, в стоптанных старых валенках,
на которые были натянуты резиновые калоши. Не  смотря на то , что свои её не любили , соседи к ней относились  хорошо .
 Здоровались всегда, справлялись о здоровье, помогали подняться с улицы домой на пятый этаж. А соседские мальчишки даже
как-то носили сумку с продуктами, когда встречали её по пути со школы, идущую из магазина.
Бабка не смотря на преклонный возраст всегда все делала по дому. Варила, стирала, убиралась. Это были её обязанности.
Невестка редко занималась чем-то из этого.

-Вот сидишь дома весь день, так и делай тут все. -нагло говорила она приходя вечером с работы и скидывая в прихожей обувь.
Внуки с ней не разговаривали. А когда к ним приходили друзья, она не выходила из комнаты, потому что как-то один из внуков
сказал, что она своим видом позорит их.
Бабка никогда никому не перечила. Она больше молчала. А вечерами, когда все уже спали, она тихонько плакала
в своей комнатушке о такой доле.
На вокзал её отправили на такси. Чтоб не ходить с ней по автобусам. Поклажи у неё было немного. Старенькая сумка
и небольшой  кулек с каким-то тряпьем. Опираясь на клюшку, она тихо ковыляла по перрону.
Остановившись у скамейки присела.

Вскоре подошёл поезд, и она зашла в вагон. Она смотрела в окно добрым и светлым взглядом. Когда поезд тронулся,
она достала из сумки смятую фотокарточку. Сын, внуки и сноха улыбались с фотографии. Она в последнее время их улыбки
только здесь и видела.   Бабка поцеловала снимок и аккуратно убрала его в сумку.
Сойдя на станции она тихонько шла в сторону деревни. Кто-то подбросил её почти до самого дома.
Она открыла калитку забора и пошла по раскисшей от сырости тропке к избе. Здесь все было родным. Своим.
И здесь она была нужна. Пусть и ветхим стенам, и старому забору, и покосившемуся крыльцу, но нужна. Её здесь ждали.

Деревня для бабки все. Здесь она родилась. Здесь родились дети и умер муж. Прожила она здесь без малого больше пол жизни. Пережила старшего сына. Так уж получилось, что до сегодня он не дожил.
Бабка открыла ставни на окнах, затопила печь. Сев к окошку на лавку, она задумалась. На этой лавке когда-то сидели её дети.
За этим столом они ели, и спали на тех кроватях. Бегали по этому полу и так же смотрели в эти окна. В ушах её зазвенели
детские голоса. Тогда она была мамой. Самой нужной для них. Самой родной и близкой.

А солнце тогда так же светило в окно, и  было много весен, счастливых и заботных. Прожитых в этих стенах.
Она улыбнулась приветливой деревенской весне.
Утром она не проснулась. Оставшись навсегда на своей земле. На столе лежало много старых фотографий. И одна свежая.
Но помятая, та самая, с которой ещё вчера бабке улыбались родные ей люди.

Пока мы живы, мы можем успеть многое. Попросить прощения, поблагодарить, признаться в чувствах. Пока мы живы мы
не имеем права откладывать такие вещи на завтра. Ведь уходя человек больше никогда не вернётся, а в наших сердцах
останутся такие камни, что носить их будет очень тяжело. Нужно жить верой. Правдой. И делать добро от сердца. От себя самого. Любить и ждать,
Любить  и ждать , ценить чувства других, помнить о тех кто дал тебе жизнь и поставил на ноги.

© Евгений Шадрунов

дары, бусы, плоды, Август

Тряпочная сказка .

ТРЯПОЧНАЯ           СКАЗКА   .

7   января

Платье было великолепно. Белоснежное, новенькое, «с иголочки», с пышной юбкой, украшенной брабантскими кружевами, с тугим лифом, расшитым золотом, с ажурными рукавами. Ничего прекраснее просто нельзя было вообразить. Немножко чванясь, платье думало про себя, что и принцесса, пожалуй, не постеснялась бы пойти к алтарю в таком наряде.

Тряпочная сказка
Оно висело в огромном, пахнущем нафталином шкафу, между траурным роброном черного атласа и лиловой кокетливой амазонкой. Позади были примерки, возня портних, иголочки и булавочки, счастливый смех милой невесты и восторги её подруг. Сегодня утром, только лишь рассветет, платье достанут из шкафа и впервые наденут по-настоящему. Они поедут венчаться в собор Сен-Жерве, через весь Париж. Будет музыка и цветы и горсти белого риса – только бы не испачкаться! А потом – бал, чудный бал...

- Зря мечтаешь! – фыркнул черный роброн и насмешливо колыхнул юбкой. – Свадебные наряды как бабочки – утром надел, вечером снял. И больше оно никому не нужно. Тебя отнесут на чердак, дорогуша, на пыльный гадкий чердак. И голодные крысы вмиг объедят всю твою красоту, и кружева и золото. Останется только тряпка, да тряпка! Так и знай!!

- Фи, как некуртуазно! – брезгливо дернула плечиком амазонка. – И не стыдно пугать новенькое! Его ещё могут перекрасить в милый цвет, хотя бы бедра испуганной нимфы или пепла увядшей розы. Или пустить на подушки в гостиной – белые пуфики это так стильно!

- Может оно и к лучшему, - пробурчал из глубины ветхий синий капот. – Чем дряхлеть потихоньку на вешалке, пугаться детей и моли, дрожать из-за каждого пятнышка – раз и съели.

- Как вам не стыдно! – вмешалось, наконец, величавое бальное платье, отделанное жемчугами. – Что за низкие вкусы, что за вульгарные манеры – можно подумать мы живем не у светской дамы самого высокого происхождения, а в дешевом гардеробе певички из Фоли-Бержер! Прекратите немедленно!

Свадебное платье так и обвисло. Вся радость испарилась, красота померкла, даже вышивка золотом потускнела. Представились крысы – оно видело их у портнихи – мерзкие крысы с усатыми мордочками и скверными, голыми хвостами, шлепающими по половицам. Вот они, цепляясь проворными лапками, поднимаются по подолу, въедаются в кружева, перегрызают нити… Платье ахнуло и промолчало до самого рассвета, не слушая увещеваний.

Тряпочная сказка
Едва солнце наполнило комнату, двери шкафа с грохотом распахнулись. Свадебное платье грубо сорвали с вешалки, вытащили наружу и стали топтать ногами, не жалея ни вышивок ни кружев. Красавица невеста визжала, что никогда не любила этого оборванца, пусть господь пошлет ему чуму и холеру, пусть у него выпадут все зубы и останется лишь один – для боли, пусть очередь его кредиторов протянется от бульвара Капуцинок до Сен-Жермен и у каждого в руке будет большая палка!

Дружным хором причитали мать и сестры покинутой, бранился отец, рыдали слуги. Казалось, хаос продлится вечно. Наконец невесту успокоили и увели обедать, а опозоренный наряд затолкали в шкаф, чтобы вечером снова безжалостно вытащить.

Кое-как свернутое его понесли вверх, по узкой и темной лестнице. Зловеще скрипнула дверь, запахло пылью и плесенью. Платье бросили на старинный резной стул с вытертым сиденьем, не позаботившись даже поднять с пола белый подол. Скрежетнул засов. Всё.

Платье не умело плакать, и не в силах было сопротивляться. Что оно может – ломать рукава, шуршать бантами, волноваться легкими кружевами? Судьба его решена, жизнь кончена. Оставалось дождаться крыс. Часы тянулись томительно долго, с улицы доносился шум экипажей, крики разносчиков, перебранка прислуги. Наконец, настал вечер. Загорелись тусклые фонари, заспешили в театры нарядные дамы и прифранченные кавалеры. Подумать только – бал бы уже начался… А оно прозябает здесь, среди старой мебели, рухляди и тряпья.

Тряпочная сказка
- Что, не нравится? – раздался пронзительный голосок.

Ах! Крыса! Перепуганное платье изо всех сил скомкалось на стуле, подобрав повыше юбки и кружева.

- Время уносит все; длинный ряд годов умеет менять и имя, и наружность, и характер, и судьбу, как говаривал старик Платон. Вы, случайно, не читали Платона? А я вот, знаете ли, водил близкое знакомство – корешок переплета, правда, был жестковат…

Читать платье не умело, и разговаривать не хотело. Но философствующему крысу это не помешало – устроившись поудобней на расшитой подушке для ног, он продолжил вещать, в задумчивости покусывая собственный хвост.

- Кажется, я нашел достойного собеседника. Платон мне друг, но и истина порой обходится не дороже сырной корочки в сытый день. Да не пугайтесь так, не дрожите вашими глупыми бантами! Пока мне интересно беседовать, никто вас не съест, даже лапкой не тронет!

Страх ослаб, а затем и совсем исчез. Под неумолчный писк серого ценителя античной мудрости платье тихонечко задремало. Так и пошло – дни тянулись за днями, недели за неделями, на чердаке становилось то теплее, то холоднее, изредка с чердака капало и тогда прибегали служанки с тазами, иногда снизу заносили очередную ненужную рухлядь.

Тряпочная сказка
Однажды платье увидело и вредный черный роброн, но разговаривать с ним не стало. Время шло, крыс старел, толстел и хромал, потом его место занял столь же просветленный сын, затем внук – тот любил поваляться на пыльном кружеве, декламируя волнительные рондели…

А потом появились поденщицы в белых косынках и аккуратных передниках. Окна раскрыли настежь, старые вещи стали вытаскивать прочь – дом продали, рухлядь отправили на помойку. К пыльной ткани несчастного платья впервые за много лет прикоснулись теплые руки.

- Мари, Жанетт, поглядите какая прелесть! И оно ведь никому не нужно, правда? Позвольте, я его заберу!

Платье бережно упаковали в серый мешок и понесли по улице. Новый дом оказался куда скромнее – в шкафу вместо бархата и атласа тихо висели льняные юбки, шерсть и сукно. Благородный наряд вызвал у них совершенно детский восторг и платье приободрилось. Его долго стирали в трех водах, срезали пышные банты и половину кружев, заузили юбки и немного расставили корсаж. А затем, затем…

Маленькая церковь в предместье, конечно, не шла ни в какое сравнение с роскошью Сен-Жерве. Но все же это была настоящая свадьба!

Тряпочная сказка
Горели свечи, пели мальчики, кюре читал положенные молитвы и рядом с платьем красовался восхитительный черный костюм. А потом на ступеньках подружки осыпали невесту и жениха розовыми лепестками. И вечером они танцевали в кафе, кружились без остановки, задевая юбками мокрый пол. А ночью, осторожно расстегнутое, оно упало на пол рядом с черным костюмом – вот что такое счастье!

Платье думало, что на этом его судьба завершилась. Но вышло совсем по-другому. Его аккуратно отчистили, сложили в сундук, напичкав мешочками с нафталином. А затем стали доставать каждый год, в день свадьбы. Когда хозяйка Фантина ждала ребенка, она только раскладывала его на постели и улыбалась, когда беременность завершалась – наряжалась и целый вечер танцевала с мужем на кухне.

Она любила своего Жана и свадебное платье тоже любила. И хозяйским дочерям нравилось разглядывать золотое шитьё, гладить банты и кружева, а когда мама не видит – примерять на себя чудный наряд. Наконец, старшая из них, Адель, выросла – и в один прекрасный день платье снова взялись перекраивать, ушивать и удлинять.

Тряпочная сказка

И снова гремела музыкой свадьба, кружились юбки, ахали подружки невесты, и тихонько вздыхала мать. Молодожены уехали в путешествие, вместе с ними платье повидало Прованс, прогуливалось по улочкам тихого городка со смешным названием Динь-ле-Бен и вернулось назад, благоухающее лавандой. Новая хозяйка перекрасила платье, придав белизне оттенок топленого молока и надевала его на праздники – случалось и по десять раз в год. В шкафу к старинному наряду относились с почтением, уважительно приседали и спрашивали совета. Единственная дочь хозяйки, Полетта, как и её мать когда-то забиралась в гардероб, чтобы посидеть там тихонько, прижавшись к нежной душистой ткани.

В свой черед и эта девушка собралась замуж, сияющая и гордая с веночком из флер-д-оранжа в пышных кудрях. Счастливый жених на руках снес невесту со ступеней церкви, а потом, вечером, в нетерпении вырвал две застежки из ослабевшей ткани. Платье вздрогнуло – не столько от обиды, сколько от дурного предчувствия. Оно не ошиблось – пришла болезнь.

После рождения дочки Полетта начала чахнуть и в считанные недели истаяла. Супруг погоревал в меру – и женился на другой, шумной, крикливой тетке. Вещи прежней хозяйки скопом отправились на чердак, там же в крохотной мансарде разместили и падчерицу с няней. Скупая хозяйка считала каждый сантим, приходилось выкручиваться. Спасали золотые нянины руки. Пышные юбки пошли на подгузники и пеленки для малышки Жюли, из кружев сшили чепчики и царапки. А расшитый корсаж, пуговки и подкладка пригодились совсем для другого. Всякой девочке нужны игрушки, мягкие и понимающие друзья – чтобы было кому поплакаться, утыкаясь в тряпочное плечо мокрой от слез щекой, кого обнять, укладываясь в постель.


https://zen.yandex.ru/media/nikab/triapochnaia-skazka-5fa97ef43b7ff25f303e06a8





обнять, укладываясь в постель.

Тряпочная сказка

Так платье стало куклой. Сперва было до невозможности удивительно – у меня руки, ноги, глаза и чепчик? Меня одевают и раздевают, катают в колясочке? Мне говорят?

- Дорогая мадемуазель кукла, скушай ложечку кашки за папу, ложечку за няню, ложечку за кота Фелисьена, две ложечки за мамА на небесах. А за тетю Клодетту пусть свиньи едят знаешь что?

Шаловливая девчонка разражалась хохотом, няня укоряла её, а потом смеялась вместе с нею. И кукла улыбалась про себя тряпочной блеклой улыбкой. Она полюбила ласковую Жюли, ей нравилось служить игрушкой, унимать дурные сны, выслушивать детские горести и обиды. А когда на чердак приходили крысы, злые крысы с усатыми мордами, кукла грозила им тряпочным кулачком и бормотала плохие слова, которым научилась от няни. В правой ноге она прятала большую цыганскую иглу – пусть только подойдут, скверные твари, враз уколю! И крысы слушались, уходили грызть свечку, хрустеть хлебными корками, копошиться в углах.

Девочка потихоньку росла, скудная жизнь ей нисколечко не вредила. Разыскав на чердаке старинную азбуку, няня стала учить воспитанницу читать – и, конечно же, кукла училась вместе с ней. До Платона они не дошли, но кое-как разобрать сказку Шарля Перро, песенку матушки Гусыни или стих из псалма могли обе. Их жизнь переменилась в один момент. Отец застал мадам Клодетту с лакеем, выгнал её из дома, три дня пил, а, протрезвев, вспомнил, что у него есть дочь.

Жюли перевели вниз, накупили ей новых платьев, книжек с картинками, удивительных фарфоровых барышень, умеющих открывать и закрывать глаза и пищать «ма-ма». Даже няне достался теплый платок и бутылочка монастырского бальзама, исцеляющего все болезни. У куклы было время подумать о превратностях судьбы днем, когда Жюли училась или играла с новыми любимицами. Однако в постель брали именно её, тряпочную подружку. И на прогулку носили её, сколько бы ни ворчал отец.

Тряпочная сказка

У Жюли было доброе сердце и щедрая душа. Увидев в переулке маленькую калеку в поношенном платьице, которую на руках вынесла из подвала бледная мать, девочка не только вывернула свой кошелек и отдала беднякам все, что там было, но и подарила несчастной самое дорогое, что у неё ост